— Не шутите этим, мой друг!

Бельваль схватил руку молодой женщины и задержал ее, когда она хотела встать.

— Вы правы, Коралия, и я прошу прощения, что говорил несерьезно о вещах столь важных. Но ведь от этого зависит моя жизнь, а также и ваша, я в этом уверен. Я знаю также, что наши жизни пойдут одна навстречу другой, даже против вашего желания… Я ничего у вас не прошу, я надеюсь только на судьбу… Она же нас и соединит…

— Нет, — возразила она.

— Да! Тысячу раз да!

— Нет! — снова повторила Коралия. — Вы дадите мне честное слово, что не будете пытаться меня увидеть, и узнать мое имя. От вашего дружеского чувства ко мне я жду многого, но ваше признание отдаляет нас друг от друга… Я не хочу, чтобы кто-нибудь вмешивался в мою жизнь, не хочу!

Она проговорила это решительным тоном, стараясь высвободить руку.

Но капитан сжал ее еще сильнее.

— Вы будете жалеть… Вы не имеете права так распоряжаться собой… Подумайте прежде!

Коралия оттолкнула его и при этом задела свой мешочек, лежавший на камине. Он упал на ковер и раскрылся. Из него выпали две или три вещицы, которые она быстро подняла. Патриций тоже нагнулся.

— Вот еще это, — сказал он, подавая ей маленький футляр, сплетенный из рисовой соломки, в котором виднелись зерна четок.

Некоторое время они молчали. Потом капитан прошептал:

— Странное совпадение! Зерна из аметиста в старинной филигранной оправе из золота…

Вдруг он вздрогнул.

— Что с вами? — испуганно воскликнула Коралия.

Патриций рассматривал одно из крупных зерен, соединявших между собой более мелкие. Когда-то оно раскололось, и осталась только половина камня, поддерживаемая золотой оправой.

— Совпадение, такое совпадение, — медленно проговорил он, — что я просто теряюсь… Между прочим, я могу это проверить теперь же. Но прежде скажите, кто вам дал эти четки?